***************

А в глубинке, где и сейчас нет никакой промышленности, и о пролетариате многие знают только понаслышке, вместо чуждого молота можно встретить более привычное и понятное изображение - початок кукурузы.
Насколько эффективно коммунистические правительство действует в плане благоустройства одного из самых густонаселенных индийских штатов сказать трудно. На взгляд стороннего наблюдателя этот штат ничуть не богаче и не чище соседних, по уровню безработицы он постоянно находится на одном из первых мест. Коммунистическое правительство, похоже, пока смогло добиться только одного очевидного успеха. В Керале – самый высокий уровень грамотности (91%).

Китайские сети в Кочине

В самом центре Кочина, возле руин португальского форта с одинокой пушкой, стоит старейшая - из построенных европейцами - церковь Святого Франциска (1503). В ней был похоронен сам Васко де Гама, именем которого названа застроенная 500-летними португальскими особняками площадь.
Вдоль набережной тянется ряд странных деревянных сооружений, похожих на гигантские сачки для ловли бабочек – китайские рыболовные сети, которые здесь называют «чеена вала». «Сачок» опускается в воду, а через некоторое время бригада и пяти-шести рыбаков тянет веревку, привязанную к концу гигантской ручки, и сетка извлекается из воды, а в ней – если повезет – и две-три случайно зазевавшейся рыбешки.
Сети опускаются и поднимаются с удивительной регулярностью, рыбаки действуют быстро и слаженно, миллионы раз повторяя привычные движения и ни разу не соскальзывая с отлакированных босыми ногами бревен. Чаще всего «сачок» достают пустой или с одной-двумя очень мелкими рыбешками. Создается ощущение, что рыбаки здесь исключительно для привлечения внимания туристов, и работают они за зарплату, получаемую от владельцев тянущихся вдоль набережной ресторанчиков. Здесь пойманную рыбаками рыбу тут же и готовят и втридорога – по индийским меркам – продают.

Дикий кемпинг

Индия – одна из самых густонаселенных стран мира, причем до сих пор большая часть населения живет не в городах, а в сельской местности. Практически вся территория распахана и поделена. Только изредка, как правило, в неудобных для ведения сельского хозяйства горных районах, остались маленькие участки леса – они занимают всего около 4% территории страны. Как правило, большая часть лесов входит в состав национальных парков. Въезд и выезд строго контролируется. Да и внутри охранников и лесников, кажется, ничуть не меньше, чем крестьян на полях.
Когда мы впервые попали в лес, казалось, что наконец-то после растянувшейся на сотни километров непрерывной череды городов, деревень, поселков и крестьянских хозяйств можно найти уединенное место, где тут же не соберется толпа чрезвычайно любопытных и зачастую очень навязчивых местных жителей. Свернув с шоссе на малозаметную колею, проходящую через просеку, заваленную грудами сухого бамбука, мы решили провести ночь не в душной комнате гестхауса, а в палатке.
Однако, стоило развести костер, как на его свет вначале подтянулась стайка пронырливых обезьян, а затем из чащи вышел лесник: «Вы находитесь на территории заповедника! Оставаться здесь на ночь и разводить костры запрещено!» Вскоре он, однако, стал менее категоричен и даже предложил «закрыть глаза»» на наше присутствие – всего за 1000 рупий! Но было уже поздно. Мы предпочли не торговаться, а быстро собраться и поехать на поиски очередной гостиницы.
Первая неудача нас отнюдь не обескуражила. Свернув с шоссе, мы отправились колесить по грунтовым дорогам. Среди уже убранных, но еще не вспаханных полей нашелся маленький клочок необработанной каменистой земли. До ближайшего дома было не меньше трехсот метров. Развели костер из заранее купленных в деревне и предусмотрительно привезенных с собой дров. Буквально через полчаса в ночи раздались голоса. К нам пожаловала делегация из трех, вооруженных мачете и серпами крестьян. Святослав, выпускник ИСАА, взялся применить полученные в институте знания хинди. На этом языке в Индии вещает государственное телевидение и радио. Поэтому языку удалось просочиться даже в среду малограмотных тамильских крестьян, которые между собой предпочитают общаться на своем родном тамильском языке. Так и не удалось выяснить, то ли крестьяне нас приняли за террористов, то ли они, наоборот, пытались запугать нас бесчинствующими в округе террористами. Но одно было совершенно ясно, нас просили убраться – и чем быстрее, тем лучше.

Похитители детей

Покинув напуганных террористами крестьян, мы проехали несколько десятков километров по шоссе и опять свернули на сельские грунтовки. Было уже темно, но со всех сторон были видны огоньки, горящие в окнах крестьянских домов. Припарковав машину на обочине, мы остановились в нерешительности. Может, стоит попробовать еще раз найти место для кемпинга, или ехать в ближайший город искать гостиницу? Вскоре на дороге показался мотороллер. Он остановился метрах в тридцати от нас, развернулся и скрылся в ночи. Минут через десять оттуда примчалось уже три мотоцикла, на каждом из которых сидело по несколько человек, вооруженных мачете, серпами и дубинами. Они блокировали машину и стали громко кричать и угрожающе размахивать своим оружием. Еще миг и дело бы дошло до битья фар и прокалывания покрышек. Но, увидев в машине сразу шестерых иностранцев, налетчики явно растерялись. И момент для нападения был упущен. Вскоре со всех сторон стала стягиваться вооруженная как в предчувствии крестьянского бунта толпа. Гомон стоял невообразимый. Самые молодые и буйные продолжали угрожать расправой, более пожилые и рассудительные их сдерживали. И всех интересовало: Кто мы такие? Чем занимаемся? Почему оказались на сельской дороге? Постоянно прибывали все новые и новые люди. Вокруг машины возникло что-то среднее между деревенским сходом и митингом.
Примерно через час через плотную толпу к нам пробилось двое полицейских. Они попытались нас освободить. Но не тут-то было. Вооружены они были ничуть не лучше крестьян – всего лишь бамбуковыми палками – и находились в явном меньшинстве. Чтобы успокоить толпу, полицейские – скорее для вида, чем из необходимости – проверили у нас документы и довольно поверхностно заглянули в багаж – ничего подозрительного там не нашли. Но и после этого толпа не желала расходиться. Вызвали подкрепление. Но и еще двое вооруженных палками полицейских не смогли переломить ситуацию. Начались переговоры. Стражи порядка стали искать поддержки со стороны самых авторитетных и рассудительных крестьян, стараясь изолировать молодых и наиболее агрессивных.
Только через два часа полицейским все же удалось нас вызволить. Но для этого им пришлось пойти на компромисс. Чтобы развеять подозрения, они предложили крестьянам выделить конвой, который будет сопровождать нас до полицейского участка. В машину залезли два парня, а меня, как заложника, посадили на мотоцикл к одному из местных старейшин. Так мы и поехали, как на свадьбе – длинной кавалькадой.
Позднее в полицейском участке нам объяснили, что жизнь наша висела буквально на волоске. Нас могли ограбить и даже запросто убить – оказалось, в местных деревнях упорно ходят слухи о неких иностранцах «похитителях детей» - за них нас, видимо, и приняли.

Дача в Кодайканале

Европейцы, вынужденные приспосабливаться к жизни в жарком тропическом климате, искали и находили в горах места, где хоть немного прохладнее. Там основывались «горные станции». Одной из них стал основанный в Западных Гатах, на высоте 2010 м. над уровнем моря курортный городок Кодайканал. В 1840-х годах американские миссионеры организовали здесь школу для европейских детей, на основе которой была создана существующая по сей день Кодайская международная школа – одна из престижнейших частных школ Индии.
Кодайканал лежит на склоне горы между двумя слоями облаков. Здесь всегда стоит погода, напоминающая нашу раннюю осень – еще полно зелени, но уже прохладно по ночам и часто идут дожди. Мы впервые за всю поездку по Южной Индии почувствовали себя как дома. А мечту посидеть у костра под южным звездным небом, поесть запеченную в углях картошку и попеть песни под гитару нам все же удалось осуществить. Для этого не пришлось забираться в дремучий лес. Оказалось, достаточно снять на пару дней дачу с камином и участком земли, а дрова можно купить и на рынке.