Погода
Автор - Валерий Шанин (valeri@shanin.ru):
15 октября 2001. Первый рабочий день, конечно, запомнился мне лучше, чем сотни следующих за ним.
Он выдался дождливым. Джон предложил мне отдохнуть, но я решил остаться, понадеявшись на свой непромокаемый плащ, подаренный Дианой из Пиктона. Работа была несложная — обрывать с деревьев «лишние» абрикосы. Деревья разные — низкие и высокие, раскидистые и стройные, на некоторых плодов и так немного, а на других из-за зеленых абрикосов не видно ни листьев, ни даже самих веток. А платят одинаково — по 4.5 доллара за дерево.
За пару недель работы я понял главный принцип: на сто процентов делать эту работу не стоит. Иначе на каждое дерево придется потратить целый день. Но такое совершенство никому и не нужно. Если оборвать меньше 50% плодов, то такую работу сочтут за брак и заставят переделать. Истина лежит где-то посередине между 50 и 100%. Если сделать меньше, то можно нарваться на критику, если больше — зря потратить свое время.
Постепенно я научился на глаз определять, когда пора переходить к следующему дереву. Это сразу же сказалось на производительности и, как следствие, на заработке.
*
*
*
*
*
*
*
*
В октябре дожди шли очень часто. Трава, деревья, лестницы — все было мокрое и скользкое. А тут еще и дерево мне попалось высокое, с густой кроной, да еще и растущее на крутом склоне. Вскарабкался я на лестницу, хватаясь за ветки, чтобы не упасть. Одна из веток отпружинила, сильно толкнув меня в грудь. Я рефлекторно схватился за соседнюю ветку, но она обломалась. И я плашмя спиной полетел назад и с размаху грохнулся на землю.
Ребра захрустели, и, казалось, от такого неожиданного мощного удара сердце остановится. Еще хорошо, что головой не ударился. Но боль пронзила правый бок. Подбежала страшно перепуганная с побелевшим лицом бригадирша.
— Жив? К доктору?
Немного придя в себя после шока от удара, я прислушался к внутренним ощущениям. Вроде, все было цело. Только одно из ребер справа сильно болело. Но и оно, кажется, не было сломано. А если и сломано, может только ушиблено или треснуто.
К врачу я не пошел, лежать и даже сидеть было тяжело. От прикосновения к кровати или креслу ребро болело.
После обеда я пошел в сад сказать, что работать не смогу. Но по дороге почувствовал себя значительно легче. А работать со сломанным ребром оказалось даже легче, чем лежать на диване.
После окончания рабочего дня Джон пригласил меня на собрание местного отделения клуба «Ротари». В помещении местного паба собралось человек двадцать членов клуба и несколько гостей.
Собрание клуба удивительно напомнило мне наши заседания парткомов и месткомов: те же проблемы и примерно те же методы их решения.
В тот вечер обсуждалась проблема работы с молодежью: «Заняться нечем, вот они и слоняются бесцельно с одного конца улицы до другого». Клуб «Ротари» попытался организовать дискотеку, но подростки напились и стали дебоширить (комсомольского оперотряда нет, вот и унять их некому!).
*
*
*
*
*
*
*