Погода
Автор - Валерий Шанин (valeri@shanin.ru):
Из этого «ужасного» места я спасся на такси. Нет. Я хотя и чувствовал себя там немного не в своей тарелки, но не до такой степени, чтобы отдавать последние деньги за спасение. Таксист остановился, чтобы подвезти меня немного по пути. Ехал он пустой, а второго такого идиота, гуляющего по джунглям там вряд ли можно было найти.
На развилке у меня было достаточно времени на то, чтобы внимательно разглядеть указатель. Судя по количеству оставленных на нем записей, я был там отнюдь не первым хитч-хайкером.
Семейная пара увезла меня с развилки почти до Пасадоса — столицы Миссионеса.
— Если ты на Кордобу, то тебе нужно туда, — они высадили меня возле въездного поста дорожной полиции и показали на какую-то заштатную дорогу.
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
Когда я первый раз проснулся ночью, звезд уже видно не было. Второй раз я проснулся от первых раскатов грома и поначалу мелких и редких капель дождя.
Я очень надеялся на то, что гроза пройдет стороной. Вставать, собираться и идти на поиски места под крышей очень не хотелось. Думал, пронесет. Но не пронесло. Молнии стали бить ближе и сильнее, дождь превратился в настоящий тропический ливень. Вскоре я был уже насквозь мокрый. Но не это меня заботило. Такой страшной грозы я в своей жизни не видел. От ударов молний земля ходила ходуном. По крайней мере, именно так мне казалось.
Я лежал на ровном поле и чувствовал себя лягушкой, пришпиленной на листе фанеры, на которой малолетние хулиганы тренируются в стрельбе из рогаток. После очередной вспышки я с облегчением чувствовал: «на этот раз мимо», и тут же вместе с волной страха приходила мысль: «попадет в меня следующая молния или нет?». Конечно же, я порывался куда-нибудь спрятаться. Но на этом поле прятаться было негде. Да и умом я понимал, что стоит мне встать, как я сразу же стану прекрасной мишенью. И если вероятность попадания молнии в меня лежачего только 90%, то, стоит мне встать, как она вырастет до 100%!
Утром гроза сместилась в сторону, молнии продолжали сверкать, и гром грохотал, но уже вдалеке. А дождь и не думал прекращаться. Хотя это было уже неважно. Все, что могло промокнуть, уже промокло. Воды за ночь выпало так много, что впитаться в землю она не успевала, и на поле образовались огромные лужи. Я как раз был на краю одной из них. Единственный плюс всего этого безобразия состоял в том, что было по-летнему тепло.
Не обращая никакого внимания на дождь, я встал, собрал в мокрый рюкзак мокрые вещи — они стали в несколько раз тяжелее от пропитавшей их воды, и вышел на дорогу. Что же делать? Во время путешествий мне время от времени приходилось вот так же насквозь промокать. И обычно я спасался тем, что быстро ловил машину и ехал в любом направлении. Куда — неважно, лишь бы в кабине работала печка. А там, глядишь, и солнце появится.
В Аргентине и так-то непросто остановить машину. А после этого дождя, обочины превратились в арыки с водой, а на дороге — красно-грязные потоки воды, смытой с окружающих полей. До еще и дождь продолжается. Для очистки совести я немного помахал пальцем. Так. На всякий случай. Хотел проверить, не станут ли аргентинские водители более приветливыми, из чувства сострадания к промокшему насквозь автостопщику. И вскоре убедился, что, как это обычно и бывает в Аргентине, на скорую попутку надежды нет. А вот обрызгать — всегда пожалуйста. Удастся ли уехать, еще неизвестно, а вот красной грязью проходящие мимо машины заляпают наверняка. Нужно искать крышу над головой. Вечером я прошел мимо вывески придорожного отеля. Но тогда у меня и мысли не было в него зайти, а после бессонной ночи под грозой я созрел.
У меня в тот момент было 27 долларов, которые я планировал потратить на видеокассеты, но не успел, вернее, кассет не нашел. За возможность провести целые сутки в тепле и комфорте просили пять долларов. Примерно столько же, сколько стоит одна кассета.
В небольшом семейном отеле я оказался единственным посетителем. Заплатив насквозь мокрой пятидолларовой купюрой, я стал на одни сутки счастливым обладателем четырехместной комнаты с душем. Вскоре все свободные поверхности были заняты разложенными на просушку вещами. Все оставшиеся деньги — 22 доллара — тоже сушились.
Спальный мешок я вывесил во дворе под крышей веранды.
Дождь практически без перерыва шел весь день. А ночью началась гроза. Трудно сказать, была ли она такой же сильной, как в предыдущую ночь, сильнее или слабее. Как сравнить ощущения человека, выглядывающего в окно из теплой кровати с тем, кто лежит в луже воды на открытом поле?
Гроза продолжалась всю ночь, но на следующее утро погода, наконец, улучшилась. И только когда появилось солнце я, наконец, смог досушить свои мокрые вещи.
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*