Погода
Автор - Валерий Шанин (valeri@shanin.ru):
Поселок Шелл.
От поселка я пешком дошел до чайной плантации «Зулай».
Туда я приехал по приглашению ее владельца Марселя Росслера. Его дочь училась в школе в одном классе с дочерью Светланы Оганезовны Огановой. Класс оказался дружным, не только дети, но и родители за время учебы успели подружиться друг с другом.
Марсель живет один в двухэтажном особняке — бывшей даче бразильского посла.
Там и для меня нашлась свободная комната — с видом на плантацию.
За обедом мы смогли поговорить.
— Как же вы из Швейцарии попали в Эквадор? — мне еще не доводилось встречать здесь швейцарцев.
— Однажды в Берне я в кафе познакомился с владельцем дорожно-строительной компании. Он предложил мне работу и через неделю прислал контракт и билет в Колумбию. Там как раз активно строили Панамериканское шоссе.
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
Мне такая экзотика понравилась, но особое впечатление на меня произвели сами колумбийцы. Представь, там почти сорок лет идет гражданская война, а страна при этом продолжает жить и развиваться. Если бы, например, гражданская война началась в Эквадоре, то тут бы за пару лет все развалилось. А там нет. Значит, в Колумбии есть люди, которые заботятся о своей стране.
— А как же попали на эту плантацию?
— Когда я проезжал по этой дороге, мое внимание привлекли какие-то необычные деревья. Оказалось, что это чай.
— Я думал, чай растет на кустах.
— Все так думают. На самом же деле, в естественных условиях чайные деревья достигают пяти метров высоты. Но на плантациях их обычно подрезают на высоте примерно полметра — исключительно, для удобства сборщиков.
— Здесь, на этой плантации, которая тогда была государственной, но обанкротившейся, три года деревья никто не подстригал. Государство хотело эту плантацию продать, но долгов на ней висело 3.5 миллиона, а покупать ее больше чем за 250 тысяч никто не хотел.
— И вы купили?
— У меня и таких денег не было. Но заняться производством чая мне уже давно хотелось. Поэтому я энергично занялся поиском денег, создал акционерное общество, получил кредиты. И вот уже почти двадцать лет занимаюсь этим бизнесом.
— И как?
— Чтобы создать новую чайную плантацию денег нужно очень много. После того, как чайные деревья будут посажены, нужно ждать семь лет, прежде, чем можно будет начать собирать урожай. Зато потом лет сто листья можно рвать хоть каждый день. Есть, конечно, свои хитрости и проблемы. НО самая главная из них — нехватка рабочих.
— Так ведь безработица.
— Не то, что эквадорцы совсем не хотят работать. Они не хотят тяжело работать. Агронома я привез из Нигерии, бригадира — из Колумбии. Я бы с радостью и рабочих оттуда привез, но местные власти мне этого не разрешают. Вот и приходится смотреть, как ленивые эквадорцы губят мне половину урожая. В этом году я убедил акционеров, и мы купили два чаеуборочных комбайна. Они должны прийти недели через две. Надеюсь, это поможет нам собирать больше.
На следующий день Марсель устроил мне экскурсию по плантации.
Начали с фабрики, где собранные листья сортируются.
Потом их измельчают.
Затем начинается процесс ферментации. Наконец, листья обжигают в печи.
Завершается процесс упаковкой.
И все время, на каждом этапе проводится постоянный контроль качества.
— Мы производим гранулированный чай, большая часть которого идет в смеси с другими сортами на изготовление пакетного чая.
Потом мы отправились на плантацию.
Эквадорские рабочие собирают листья чая. Не обходится и без химии.
И, прежде, чем отправлять собранные листья на фабрику, их обязательно сортируют.
В поселке Шелл с начала пятидесятых годов прошлого века находится евангелическая миссия.
Начало ее работы связано с трагедией, произошедшей здесь, в джунглях верховьев Амазонки.
В 1956 году индейцы-дикари убили и съели сразу пятерых белых миссионеров. О существовании «диких» индейцев, которые никогда не контактировали с современной цивилизацией, узнали совершенно случайно. Одна из женщин этого племени заболела и попала в госпиталь. Там с ней и познакомились миссионеры, узнали, где племя живет, научились нескольким обиходным словам. Вскоре самолет высадил пятерых миссионеров-смельчаков на полоску прибрежного песка и улетел. Через несколько дней он вернулся, и летчики увидели на месте посадки разбросанные части человеческих тел. Что там произошло, узнали только через несколько лет. Когда миссионеры в буквальном смысле слова «спустились с неба», дикари отнеслись к ним приветливо, приняли подарки, пригласили в хижину вождя. И тут-то один из миссионеров допустил ошибку. Он, пытаясь завоевать к себе доверие, показал индейцам фотографию попавшей в госпиталь женщины. Для индейцев это было доказательством того, что ее …съели! Вот они и отомстили!
Этот трагический случай стал широко известен в Америке. Место погибших миссионеров тут же заняли десятки их последователей. В поселке Шелл построили новый госпиталь и аэродром, американское правительство купило и подарило миссии самолеты. Сейчас в джунглях верховьев Амазонки больше 300 взлетно-посадочных полос, на которые прилетают самолеты. Миссионеры возят больных в госпиталь, священников на религиозные службы, учителей в школы.
Чтобы хоть как-то сводить концы с концами, самолеты совершают и коммерческие рейсы, развозя по джунглям пассажиров и грузы. Например, Марсель каждый год арендует у них самолет, чтобы облететь свои владения, посмотреть все ли в порядке. Однажды именно так, с самолета, он увидел, что у него поселились сквотеры. Пришлось идти к военным, просить их выдворить незваных гостей. Также он несколько раз заказывал самолет, чтобы слетать по своим делам в Гуякиль и Кито.
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*
*