Мы очень рады, т.к. если бы не такая удача, вряд ли нам удалось увидеть Южную Америку этим летом. На следующий день стоимость перелёта повышалась на 50 % . «Высокий» сезон.
До Москвы решили добираться фирменным поездом «Уфа-Москва», на простом пассажирском мы ездили в прошлом году, чуть не «умерли» от духоты, вони, жары и остановок возле каждого столба.
39-ый скорый оправдал наши ожидания. Плацкартный вагон оказался безукоризненно чистым, с работающим кондиционером и вентиляцией. Проводницы были одеты по форме и проявляли любезность на каждом шагу. Впервые в истории моих путешествий на поезде в туалетах предлагалось садиться на пластиковую дощечку унитаза, постелив предварительно бумажное полотенце, а не вставать всей тушей ногами на несчастный нужник на всём ходу поезда. Мало того, что оба туалета были всегда открыты, туда можно было наведываться и во время больших стоянок. За борт ничего не выбрасывалось, т. к. то были био туалеты, как в самолёте.
За небольшую плату, можно было пользоваться холодильником и микроволновой печью. Вскоре после отправления по всем вагонам прошёлся начальник поезда и лично беседовал с пассажирами в каждом купе о том, всё ли их устраивает. На конец-то, дожили!
Время прошло быстро, и мы прибыли в Москву через 26 часов. Наш самолёт завтра вечером, а пока же едем к гостеприимным родственникам в город Королёв Московской области.
Три дня перед отбытием в Венесуэлу я часами «копал» информацию об этой стране в Интернете. Из найденного узнал, что Венесуэла – одна из самых криминальных стран мира. Особенно столица Каракас. При этом о Венесуэле сообщалось, что это, пожалуй, самая интересная страна в Южной Америке в плане туризма. Горы, водопады, джунгли, многочисленные дикие животные, острова и сказочные пляжи Карибского моря ожидают путешественника, осмелившегося ступить на землю, вдохновившую Конан Дойла в написании знаменитого «Затерянного мира».
Жребий брошен, и отступать некуда. Аэробус AIR FRANCE несёт нас в Париж, где запланирована пересадка до Каракаса. Нам предстояло провести в Южной Америке 20 дней и 19 ночей. Благодаря Интернету в моей голове уже созрел план пребывания в далёкой и незнакомой стране.
Моей спутницей в путешествии вновь стала Наталья, с которой мы уже были в Тунисе, Черногории и Марокко.
В Париже приземлились затемно под вечер. Аэропорт им. Шарль де Голля встретил нас гигантскими бесконечными трубами-«лабиринтами». До стыковочного рейса нам предстояло пробыть в нём 12 часов. Шенгенской визы у нас не имелось, но я всё же попытался выяснить о возможности ночной экскурсии по Парижу. Пограничник сказал, что это невозможно.
Бродя по бесконечным и длинным стеклянным коридорам аэропорта, мы стали искать место для ночлега. Кресел для ожидания было очень мало, а если и были, то с подлокотными ручками, что означало – лечь на них никак нельзя. К ночи аэропорт почти весь опустел, и мы остались наедине со стеклом и бетоном гигантского терминала. В автоматах продавалась вода, чипсы, шоколадные батончики, но нам это не «светило», т. к. требовались евро, а у нас доллары.
С трудом нашли укромное местечко в одном из коридоров, на полу которого было что-то по типу ковролина. Под голову свитер и в горизонтальное положение. Едва успели заснуть, к нам присоединяется шумная компания чёрных как сажа африканцев. Из Найроби (Кения) приземлился самолёт, и некоторым пассажирам также нужно было ожидать стыковочный рейс. Наше место было, пожалуй, самым удобным для ночёвки, поэтому человек пятнадцать «чумазых погорельцев» облюбовали местечко рядом с нами, но перед сном решили подкрепиться печеньями и газировкой, стали шуршать и нарушать наш покой. Но скоро и они отошли ко сну.
Всё было бы ничего, появилась другая проблема. По коридору, особенно по низу, шёл довольно ощутимый сквознячок, первоначально не замеченный. Негры закутались в одеяла, а мы надели свитеры, но последние помогли не совсем. Однако лучшего варианта не было, и мы продолжали дремать в слегка озябшем состоянии.
С раннего утра аэропорт превратился в улей. Самолёты стали улетать и прилетать словно пчёлы. Жизнь закипела. Видимо, по ночам самолётам запрещено приземляться и взлетать, чтобы не нарушать покой окрестных жителей. До нашего рейса оставалось более четырёх часов, но мы решили попробовать пройти в «накопитель», где магазины duty-free и пассажиры ждут непосредственной посадки. Я полагал, что это возможно сделать лишь за час до посадки, однако нас спокойно пропустили в зону дополнительного досмотра. Аэропорты разных городов не доверяют друг другу, поэтому, несмотря на сверхтщательный обыск в аэропорту Домодедово, нас вновь старательно ощупали и пропустили через металлоискатель и рентген. Видимо, пока мы спали в коридорах, мы могли найти какую-либо железяку, чтобы с её помощью совершить захват самолёта.
Но мы решили не огорчать службу безопасности – железяку не взяли, поэтому вскоре оказались в зоне куда более приличной, чем та в которой мы провели ночь. Здесь было просторно и цивильно, работало много магазинов за евро и доллары. Интересно, пропустили бы нас сюда вчера, сразу по прилёту из Москвы. Тогда бы наша ночь прошла куда приятней. Я попытался задать этот вопрос одной из служащих, но та вразумительно так ничего и не ответила. Я только понял, что магазины на ночь закрываются.
Цены в барах и кафе нам не понравились, поэтому решили ждать обеда в самолёте. Компания AIRFRANCE предлагала различные варианты специального питания. Наталья выбрала себе морепродукты, я же решил «подписаться» через Интернет на еду с минимальным количеством специй, так называемое диетическое питание. Тем, кто заказал спецпитание, еду приносят в первую очередь, это нас приятно удивило. Из Парижа в Каракас с нами рядом летела капризная венесуэлка средних лет и, вероятно, очень голодная. Она не могла успокоиться из-за того, что нам с Натальей принесли еду, а ей нет. Её глаза не «уходили» из наших тарелок, а той как назло долго не несли пищу. Бедняжка вся извертелась, полагая, что бортпроводники о ней забыли. Она, честно говоря, стала нас уже «доставать» своей капризностью. Не успев сесть, дама стала просить найти ей место у аварийного выхода (там перед вами свободное пространство и можно далеко вытянуть ноги). Стюард нашё ей такое место. Но та вскоре опять стала недовольной, т. к. кресло там оказалось уже обычного. Через какое-то время она вернулась, объясняя нам жестами, мол, там очень неудобно сидеть. Затем ей не понравилось, что я не закрываю иллюминатор заслонкой от солнца и время от времени смотрю на безбрежный океан. Она стала объяснять мне, что у неё от света болят глаза, и что мне нужно включить лампу, если я хочу читать.
А тем временем гигантский двухэтажный «Боинг-747» мчал нас через Атлантику к берегам далёкой и незнакомой страны. Я запасся большим количеством литературы, чтобы скоротать 9 часов полёта до Каракаса, и не зря. Фильмы, которые крутили в самолёте, несмотря на американоязычное происхождение, сопровождались французской или испанской речью, которой я не владел.
За время полёта покормили два раза. Морепродукты, которые получала Наталья, выглядели куда привлекательней, чем моя диетическая «лабуда». Овощи были не солёны и не приправлены, вместо мяса подавалась какая-то вываренная фигня, на вкус напоминавшая рыбные консервы. Наталья ехидно хихикала надо мной, но потом великодушно делилась.
Полёт подходил к концу, и скоро наши стопы впервые в жизни коснутся южноамериканского континента.
В иллюминаторе показалась земля. Я заметил людей, купающихся в океане у пляжа. Мягкая посадка, и мы занимаем длиннющую очередь к киоску с пограничниками.
Многие пассажиры и служащие в марлевых повязках из-за опасности заражения свиным гриппом. Ещё в полёте нас попросили заполнить специальные карточки на предмет болезненных симптомов. Здесь как назло раскашлялась Наталья, у неё першило в горле, и она не могла унять кашель. Я сказал ей, если будешь кашлять во время паспортного контроля, тебя могут не пропустить и в лучшем случае отправить на анализы. Наталья изо всей силы стала сдерживать кашель, краснела, а мне было смешно смотреть на всё это. Кажется, пронесло!
Въездные штампы проставлены. Не выходя из аэровокзала, устремляемся по переходам в терминал для местных авиалиний. Пока что мы решили действовать по так называемому «плану Роберта Ягафарова из Тюмени», который любезно поделился в Интернете информацией о своём пребывании в Венесуэле и с долей немалого юмора описал свои приключения.
Ещё в России через «всемирную паутину» я узнал, что в Венесуэлу ни в коем случае нельзя везти деньги на карточке. Официальный курс – 2.2 боливара (название местной валюты) за один доллар. С рук или на «чёрном рынке» можно легко купить венесуэльские деньги по куда более выгодному курсу, а именно 5.5 – 6.0 боливар за один доллар. Так оно и вышло. Едва получив багаж, к нам подошёл служащий аэропорта и предложил поменять доллары. Я спросил, «по чём». «5.2», ответил тот на английском. «Давай 5.5», – я стал торговаться. Служащий тут же согласился, и мы поменяли 200 долларов на первое время. «Discreet, discreet», – шептал он мне. Я забыл значение этого слова в английском языке, и не понимал, что он хочет сказать. Но вдруг меня осенило, и я понял, что это значит «осторожно, скрытно».
Едва ступив на территорию местного аэропорта, на нас набросились «помогайки» или «хелперы». «Чем вам помочь, сеньор?» – спрашивали они наперебой. Мы устали от перелётов и допустили небольшую ошибку, сказав, что нам нужны билеты на самолёт до острова Маргарита. Толстый чернокожий венесуэлец в униформе тут же велел следовать за ним.
У стойки местной авиакомпании “Conavia” была небольшая очередь, в конец которой стал наш «хелпер». Здесь мы поняли, что придётся платить за услугу. Потратив какое-то время, мы с таким же успехом могли бы сами найти эту компанию и купить билеты.
Мы отдали нужную сумму (примерно 50 долларов с человека) и скоро получили билеты. Наш помощник вернул сдачу «до копейки», ничего не взяв за услугу. Он, улыбаясь, смотрел на нас, ничего не прося, но и не думая уходить. Я спросил, сколько мы вам должны. Тот долго думал и затем назвал сумму, равную 10 долларам. Я достал из кошелька пять и сказал, что этого достаточно за то, что мы могли бы с лёгкостью сделать сами. Тот не стал препираться, поблагодарил и ушёл. А я мысленно пообещал себе больше не обращаться к платным услугам «хелперов».
На часах 17-00 по местному времени, а наш самолёт в 20-00. У нас три часа свободного времени. Решили выйти из здания аэровокзала и вдохнуть воздух Южной Америки. Тропическая влажная жара напомнила мне климат Флориды в США. За аэропортом начинались высокие горы, на склонах которых плотно друг к дружке приютились разноцветные хибарки, по-видимому, не самых состоятельных жителей Венесуэлы.
Чтобы полететь куда-либо, в Венесуэле нужно платить аэропортовский сбор или как метко выразился один из путешественников «Сергей Николаевич» «штраф». Так вот, улетая с континента на остров Маргариту, все платили «штраф» в 5 долларов (вылет за границу «штрафовался» 25-ю долларами).
Досмотр на местных авиалиниях был вялым и не особо тщательным, нам даже разрешили пронести воду в объёме, запрещённом к допуску в самолёт. Проверяющая багаж венесуэлка поморщилась при виде упаковки с водой, всем видом показывая, что это как бы нельзя, но затем махнула рукой и довольно улыбнулась, мол, ладно, идите с Богом.
«Накопитель» для вылетающих пассажиров был огромен по территории и с большим количеством магазинов и кафе. Прежде всего, нужно перекусить. На глаза попалась надпись, знакомая мне по Интернету: “AREPA” (национальный венесуэльский фастфуд). Арепа – это большая маисовая лепёшка, внутрь которой накладывается всевозможная начинка из овощей, специй, сыра или мяса. Я заметил на вывеске меню знакомое слово на испанском языке “pollo” и указал на неё, мол, нам две арепы с курицей. Порции оказались большими и сытными.
Всё больше и больше стали бросаться в глаза венесуэлки с ярко выраженными бюстами. Говорят, что здесь у женщин культ груди. Молодая женщина, продававшая галантерею в одном из бутиков, во всей своей пышной красе стояла у входа в магазин и как бы всем видом говорила: «Я, мол, и есть самый типичный образ красоты по-венесуэльски». Похоже, она очень гордилась своими формами.
Разность во времени, долгий перелёт и пограничные хлопоты давали о себе знать. На меня навалилась смертельная усталость. Жутко хотелось спать, а ведь впереди ещё поиски ночлега на Маргарите.
Наконец-то маленький «Боинг-737» был подан на посадку. Пассажиров было немного. Наши места оказались недалеко от кабины пилотов. Лететь не более часа, за окном темно, есть время вздремнуть. Проснувшись во время полёта, я заметил, что лётчик то и дело выходит из кабины, возвращаясь с чем-либо съестным или напитками. Дверь при этом оставалась открытой настежь. Заглянув внутрь во время одной из его отлучек, мы обнаружили для себя, что в кабине никого нет… «Не один ли он управляет самолётом?» – пронеслось в голове.
Перелёт был недолгим, и я не стал пристёгиваться при взлёте и посадке. Последняя оказалась жёсткой, и меня сильно тряхнуло. Когда шасси коснулись посадочной полосы, я едва не ударился головой о переднее кресло, тогда я понял, почему обязательно нужно пристёгиваться.
Время 21-00 по-местному, для России – «детское время», однако здесь мало кто остаётся на улице в столь поздний час. Вот и мы, покинув здание аэропорта, остались, чуть ли не в одиночестве. Однако скоро к нам подошёл паркмэн и стал спрашивать, куда нам надо.
«Сколько стоит такси до Хуан Гриего?» – спросил я. В ответ я услышал две разные цены: в долларах и боливарах. Диспетчер такси надеялся, что мы ещё не успели поменять валюту, поэтому цена в долларах оказалась неадекватной. Хорошо, что у нас была местная валюта, иначе пришлось бы значительно переплачивать.
Таксист, ни слова не говоря по-английски, молча повёз нас на другую сторону острова. Мы ехали на приличной нестарой японской машине с кондиционером (что, как мы знали из Интернета и вскоре убедимся сами) большая редкость для острова Маргарита. Скорость была настолько высокой, что я стал слегка нервничать, но встречных машин было мало, и дорога по середине была размечена светоотражающими элементами.
Минут через сорок мы оказались не то в городе, не то в деревне – дома были в лучшем случае двухэтажные, улицы пустынны.
Таксист знал, где находится нужный нам ресторан Лос Туканос (его хозяин сдавал комнаты), и высадил нас у самого входа. Однако его ворота были наглухо заперты.
Нас охватил лёгкий трепет, а таксист уже уехал. Но трепетать долго не пришлось, откуда не возьмись, к нам подошёл радостный пьяный островитянин и спросил по-английски, не ищем ли мы ночлег. Я сказал, что да, сразу поинтересовавшись, сколько здесь стоит номер для двоих. «100 боливаров (20 долларов)», – ответил он. Это нас устраивало.
«Ждите здесь, я сейчас приду», – сказал он и скрылся за железными воротами тёмного двора. Мы стали ждать, но парнишка долго не появлялся. Тем временем мимо нас по улице проходил коренастый лысый мужичонка европейского вида. «Ищите отель? – бросил он на ходу на очень чистом английском языке. – Могу вам порекомендовать, он здесь рядом, через дом».
Я сказал, что мы как бы уже нашли и договорились. «Ну, как хотите», – сказал прохожий и удалился. Парень всё не появлялся, и мы начинали нервничать.
«Стой здесь, я посмотрю, что за отель», – сказал я Наталье.
Пройдя несколько метров, через решётчатые железные ворота я увидел замечательный внутренний дворик утопающий в зелени. Он был мягко освещён светом, был виден бар с напитками, везде было чисто. Многочисленные атрибуты говорили о том, что здесь есть цивилизация, и всё располагает для отдыха. Дворик «пэ образно» обрамлялся двухэтажным отелем на 20-30 гостей.
Лысый дяденька, завидев мою личность, тут же устремился ко мне, гостеприимно приглашая войти во двор.
– Сколько же стоит такая красота? – спросил я.
– 100 боливаров за номер (20 долларов), – прозвучал ответ. Я был слегка шокирован небывалой дешевизной, хотя и читал об этом в отчёте Роберта Ягафарова в Интернете. Номер в таком отеле на райском острове в Карибском море всего за 300 русских рублей с человека! Небывальщина какая-то.
Я кинулся назад к Наталье, чтобы тащить сюда её и вещи. Ровно в тот момент, когда я стал приближаться к чемодану, вышел пьяный венесуэлец и стал докладывать, что всё в порядке, заходите.
«Извините, вас долго не было, и мы нашли другой отель», – сказал я, и мы быстрым шагом направились в сторону замечательного места.
Едва зашли во двор, нам представились: «Меня зовут Майкл, я хозяин отеля, сам здесь проживаю с семьёй. Сам я из Ирландии, но уже много лет живу в Венесуэле. Хочу показать вам ваш номер и пригласить в бар на бутылочку пива за прибытие и знакомство, пиво бесплатно за счёт заведения». Я был поражён таким расположением и радушием.
Комната оказалась такой же чистой и уютной как внутренний дворик. Естественно, что никакого излишества за такие деньги. В комнате стояла огромная двуспальная кровать, стол, тумбочки, светильники, рядом туалетная комната с душевой. «Кондиционер пока плохо работает, зато есть вентилятор, жарко не будет», – сказал Майкл.
Мы приняли душ, и, несмотря на дикую усталость, прошли к барной стойке. Пиво размягчило мозги, по телу пошла нега. Картинка была, словно из кино. Мы с Натальей в баре, на свежем воздухе, на высоких табуретах в милом отельчике на острове в Карибском море рядом с южноамериканским континентом.
Майкл не забыл и себе открыть бутылку пива. Со слов хозяина мы поняли, что его отель существует исключительно для «туристов с рюкзаками», которые не претендуют на изысканную роскошь. Основной контингент – это молодые люди из Европы и Северной Америке, приехавшие в Венесуэлу наслаждаться подвижным, спортивным и даже экстремальным туризмом. В подтверждение его слов к нам присоединилась молодая пара из Ирландии, путешествующая по Южной Америке уже не первый месяц.
За новое знакомство Майкл вновь предложил выпить, но на этот раз его фирменный коктейль «Маргарита» из текилы со льдом и лимонным соком.
«Не хочу мешать напитки?» – пытался я возразить. На что Майкл очень смачно произнёс: “Relax, my friend, relax! You are in the South America!” (Расслабься, мой друг! Ты в Южной Америке!)
Подошедшая парочка, видать, уже где-то подгуляла, поэтому с удовольствием присоединилась к предложенным коктейлям и «рилаксу». Завязался непринуждённый разговор, на душе стало ещё лучше. Тут я вспомнил, что Роберт Ягафаров рассказывал, что он все дни на пролёт пил коктейль под названием «Куба Либра» (Свободная Куба) и особо подчёркивал свойства этого коктейля в плане положительного воздействия на организм.
«А вот я слышал, – ляпнул я неожиданно для всех, – что на острове Маргарита все пьют «Куба Либра». Майклу только это было и нужно. Он торжественно возгласил: «Куба либра» для наших гостей из России!» Взяв бутылку с ромом, он разлил его по бокалам, добавил много льда и пепси-колы. Всё оказалось просто. Таким образом, активное общение продолжилось, все занимались «рилаксом». Я уже перестал хотеть спать, усталость, словно рукой сняло. Кажется, мы ещё пропустили по коктейлю, настала пора идти баюшки.
– Майкл, сколько я должен за коктейли?
– Когда будете уезжать, тогда и заплатите, я всё вписываю в специальную книгу.
Такое положение дел меня не устраивало, но я не стал настаивать, слишком чудно посидели, заплачу завтра или послезавтра.
Далеко за полночь мы отправились на боковую.

Второй день >>>